Экстрасенсиха  - Олег Шелонин

— Я этому следователю втолковываю, что Митя даже из окошка своей квартиры выглянуть боялся! — горячился Николай Васильевич. — А ведь это всего-навсего третий этаж! А он мне: высоты боялся? Тогда тем более картина ясная. Служебный долг позвал, пересилил он себя, подошел к краю балконного проема, голова закружилась, и упал. Все логично, все доказано, к делу подшито, состава преступления нет, до свидания!

Варька с глубокомысленным видом сочувственно кивала, глядя в рот начавшему входить в раж главе семейства. Разумеется, ни невесту, уже носившую под сердцем их с Дмитрием дитя, ни родителей погибшего такой вывод не устраивал, и они обратились к частному детективу. Левицкий Борис Владимирович взял с них скромный аванс на оперативно-розыскные работы в размере тридцати тысяч рублей и через пять дней представил им отчет, один в один совпадающий с выводами официального следствия.

— Так и закрыли дело! — кипятился Николай Васильевич.

— А материнское сердце не обманешь, — промокнула платочком глаза его жена, — вот чувствую, убили Митеньку. За что — не знаю, но убили!

Я слушал этот немудреный рассказ типичного представителя малого бизнеса (Николай Васильевич оказался владельцем скромного ателье и небольшой пошивочной мастерской), старательно пытался влезть в его мозги, но ничего не получалось! Попытки прочесть мысли его жены и невестки тоже не увенчались успехом, и я начал потихоньку паниковать.

— Варька, делай что хочешь, но от заказа отбрыкнись! — зашептал я в микрофон. — Мы ничем не сможем им помочь!

— Почему? — недолго думая брякнула девчонка.

— Что «почему»? — захлопала глазами Лена.

— Это я со своим внутренним голосом спорю, — успокоила ее Варька, — я с ним часто не соглашаюсь. Сейчас он мне обоснует свои тезисы…

— Какие, на хрен, тезисы?! Я не могу прочесть их мысли, — зарычал я в микрофон. — Как и чего искать будем? Мы не следаки. Мы ни хрена в этом деле не понимаем!

— Это ты не понимаешь, а я знаю, как это делается. Я кучу детективов прочитала.

— Идиотка!

— Сам такой!

— Что-то мне говорит, что вы со своим внутренним голосом не поладили, — осторожно сказала Анастасия Павловна.

— Ага, — сердито буркнула Варвара. — Он, зараза, уговаривает меня от вашего дела отказаться.

— Если дело в гонораре… — начал было Николай Васильевич.

— Деньги здесь ни при чем, — отмахнулась Варька. — Мое второе «я» бунтует. Не хочет в это дело влезать.

— Говорил же вам, что все экстрасенсы — шарлатаны! — сердито рявкнул Николай Васильевич, повернувшись к жене с невесткой. — Нашли у кого помощи просить. Второе «я» у нее бунтует! Цену себе набивает, а скорее всего, просто ни черта не может, вот и устраивает нам тут представление!

Проклятье! Кажется, этот чертов пузан случайно нащупал нужную кнопку и надавил на нее всей своей массой. Я угадал. Уязвленная Варвара тут же ринулась в бой!

— Это я ничего не могу? Спорим, что через неделю убийца в камере сидеть будет?

— Вы, значит, тоже считаете, что Митеньку убили? — судорожно вздохнула Анастасия Павловна.

— Не сомневаюсь! Если б я так же боялась высоты, черта с два кто-нибудь заставил бы меня к краю пропасти подойти. Ну так что, спорим? — перевела Варька взгляд с жены на мужа.

— Спорим! На что?

— Если я выиграю, ваша мастерская месяц на мою коллекцию работать будет.

— Какую еще коллекцию? — опешил Николай Васильевич.

— Классную коллекцию. У меня прорва эскизов. Давно мечтала какую-нибудь мастерскую к этому делу подключить, да денег не хватало.

— Так вы модельер? — Откровенно удивленный Николай Васильевич сразу сбавил тон.

— И дизайнер.

— Надо же… ну… я согласен. А если проиграете?

— Значит, зря на вас работала.

— Варька, ну нельзя же быть такой дурой! Заткнись уже, ради бога!!! — простонал я в микрофон. — Мы вообще не имеем права частным сыском заниматься, твой дядя тебе это уже объяснял.

— Право, право… — разозлилась Варька. — И что теперь, пусть убийца на свободе ходит?

Клиенты опять выпучили на нее глаза.

— Это я со своими видениями ругаюсь, — пояснила моя золотая, — опять они меня отговаривают. Говорят, не имею права я за это дело браться.

— К внутреннему голосу прибавились еще и видения? — настороженно спросила Анастасия Павловна. — Похоже на шизофрению.

— Все экстрасенсы немножко шизофреники, — успокоила ее Варвара.

— А почему вы не имеете на это права? — полюбопытствовала Лена.

— Потому что для ведения такой деятельности нужно как минимум три года в органах прослужить. Мне это мой дядя объяснил. Он у меня в полиции служит.

— А давайте сделаем так, что он об этом не узнает, — предложил Николай Васильевич.

— Это как?

— Да очень просто. Не скажем ему об этом, и все. Что на это говорят ваши видения?

— Бред сивой кобылы, — тут же сказал я.

— Бред сивой кобылы, — на автомате повторила Варька. — Да заткнись ты уже, глюк несчастный! Слушать тебя не хочу!

— Это вы опять своему внутреннему голосу? — спросила Лена. Клиенты уже начали привыкать к закидонам шальной девчонки.

— Кому же еще! Опять брыкается, зараза. Давайте так, оставьте мне свои координаты, где вас найти и прочее, и я чуток попозже с вами свяжусь.

— Я так понимаю, война с внутренним голосом намечается? — спросила Анастасия Павловна.

— С ним, родимым.

— Ну что ж, удачи, — поднялся из-за стола Николай Васильевич, вынул из кармана свою визитку и протянул ее Варваре.

— И мой телефон запишите, и адрес, — заволновалась Лена, — прямо на обороте визитки. Мало ли что потребуется.

— Ага… — Варька записала координаты невестки Пескаревых и лично проводила всех троих до дверей.

— Ну что, начнем войну? — мрачно спросил я, выползая из своего убежища, как только моя золотая вернулась в гостиную.

— Начнем! — сразу согласилась Варька.

— Тогда я за ремнем.

— Э, мы с тобой так не договаривались!

— А браться за дело, в котором оба ни уха ни рыла, мы договаривались?

— Нет, но я слабый пол, и меня бить нельзя!

— Зато выдрать можно! Все! Двигай в свою спальню и ложись на животик, а я за ремнем!

Как ни надувал я щеки, пытаясь запугать девчонку, она почему-то не пугалась.

— Один вопрос.

— Да?

— Мне, прежде чем на животик лечь, юбку задирать? Трусики спускать?

— Варька… — простонал я.